Главная » Блоги » Взять, к примеру, Мосул

Взять, к примеру, Мосул

10.07.2017
6507

Девятое июля 2017 года вошло в историю Ирака, Ближнего Востока, мировой геополитики и борьбы с терроризмом как день взятия под контроль Мосула. Премьер Ирака Хайдер аль-Абади торжественно отрапортовал о взятии самого крупного подконтрольного ИГ города, ликвидации военно-политической верхушки «Исламского государства» и т. д. Дональд Трамп получил важный подарок по случаю возвращения из Европы, в виде победы в многомесячной битве. Масуд Барзани и правительство Иракского Курдистана получило относительно слабую после изнурительных боёв иракскую армию и международное проиранское ополчение, которые не смогут полноценно противодействовать референдуму о независимости в сентябре. Радуются и другие участники международных коалиций, воюющих против ИГ в Ираке и Сирии.

С другой стороны, взятие под контроль Мосула влечёт за собой многочисленные проблемы, которые ранее можно было списывать на войну и ИГ. Во-первых, город достался победителю в руинах, его необходимо будет отстраивать, восстанавливать инфраструктуру. Во-вторых, огромное число покинувших в ходе битвы дома местных жителей требует помощи со стороны правительства и международных организаций. Кроме того, с 2015 года правительство прекратило соцвыплаты на неподконтрольных территориях, и теперь будет должно вернуть жителям долги. В-третьих, нельзя исключать наличия на освобождённых территориях затаившихся ячеек ИГ, и опыт их присутствия не так давно проявился — одна такая группа взяла на несколько дней под контроль целый район в Мосуле, пока армия освобождала исторический центр. И всё же, несмотря на значительные потери, актуальные и потенциальные угрозы, правительство Ирака решилось взять на себя ответственность за город.

Освобождение города-милионника Мосула может стать уроком и для украинского правительства, причём как в положительном смысле, так и в негативном. Во-первых, оказывается, что мирные жители города, неподконтрольного центру в течение нескольких лет, вполне могут оказаться не сепаратистами и коллаборационистами, а жертвами и заложниками ситуации. Соответственно, политика в отношении них должна строиться не на запретах и претензиях, а на желании помочь им вернуться в нормальную жизнь. Во-вторых, нельзя привлечь международное сообщество на свою сторону, если ты сам не знаешь, на какой стороне. Иракское правительство чётко обозначило своего визави как террориста, добилось мандата на его уничтожение от мирового сообщества, и получает помощь в борьбе. Украинское правительство на международной арене говорит о безопасности и перемирии с отдельными районами Донецкой и Луганской областей (Минские договорённости), тогда как внутренний телезритель получает картинку противостояния с террористами и войны с РФ. В-третьих, иракское правительство, сделав ставку на силовое разрешение ситуации в Мосуле, получило руины города, тысячи новых переселенцев, реальную перспективу отделения Курдистана и развала страны. Видя такие угрозы, следует быть особенно внимательным, говоря об исчерпании Минска и АТО, необходимости введения некоего нового типа правил привлечения ВСУ и т. д. Политики, будь они министрами или членами СНБО, должны понимать к чему приведёт их политика в перспективе. Любой вариант государственной стратегии, даже самый жёсткий или относительно мягкий, будет иметь результат, необходимо только отдавать себе отчёт в цене и последствиях принятых решений и быть готовым нести за них ответственность.

 Читайте также:

Турция vs Украина: стена здорового государства и стена курильщика

Неестественный отбор: как разделяют народы и государства в XXI веке

 
Смотреть все блоги