Главная » Новости и комментарии » Сергей Белкин, Игорь Пасько, Йоси Бейлин и Мирослав Попович о ситуации в Украине

Сергей Белкин, Игорь Пасько, Йоси Бейлин и Мирослав Попович о ситуации в Украине

13.03.2017
7100

В рамках проекта «Украинский консенсус» мы продолжаем озвучивать позиции зарубежных и отечественных экспертов, имеющих свое видение возможных путей прекращения военного конфликта на Донбассе и гармонизации ситуации в украинском обществе и давших ранее более развернутые интервью по этому поводу. Сегодня мы переходим к новому формату работы нашего проекта. В связи со сложнейшей ситуацией, в которой оказалась наша страна после начала блокады и отсутствием общественного консенсуса по этому вопросу, мы задали экспертам следующий вопрос:

 Из-за драматического положения дел в украинской экономике и политике, вследствие столкновения позиций по поводу судьбы отношений Украины и ОРДЛО (экономическая блокада, полная блокада, реинтеграция путем выборов без долгосрочного прекращения огня и др. озвученные варианты подобных отношений), какой вариант Вы считаете наиболее соответствующим краткосрочным и долгосрочным интересам Украины? Должна ли Украина пытаться вернуть временно неконтролируемые территории, или ей следует идти на замораживание отношений? Какие еще реалистичные варианты Вы можете предложить?

 Ответы, которые мы публикуем, отражают частную позицию экспертов, однако их опыт и авторитет, надеемся, позволит приблизить нас к выходу из сложившейся ситуации.

 

Сергей Белкин, главный редактор альманаха и портала «Развитие и экономика»

«С точки зрения Украины…»

Я написал этот заголовок, чтобы самого себя попытаться правильно настроить. Я – русский литератор. Русский и в этническом, и в культурном, и в политическом (гражданин России) смысле. Мнения и точки зрения подобных мне людей высказывались и высказываются повсеместно и ежедневно. Их легко объединить и классифицировать по «подвидам». Объединяет их общая озабоченность судьбой русских в Украине в целом и в Донецко-Луганском регионе в частности. Отличия в позициях отражают тот глубинный раскол на «красных и белых», который не исчерпал себя до сих пор, но и те, и другие – «за русских» и «против бандеровцев».

Есть в России и люди, поддерживающие и пропагандирующие другую, условно «проукраинскую» (на самом деле – прозападную) позицию. Их этнический состав пёстр, а вот политические взгляды, ценности, этическая система – у них почти монохромны.

Всё население СССР четверть века тому назад погрузилось в пучину без дна и берегов, в утрату прошлого, неясность будущего и предельную примитивизацию настоящего, сведенного к первичным потребностям и инстинктам. Населению Украинской ССР достался, с одной стороны, один из наиболее самодостаточных фрагментов распада, с другой – один из самых сложных клубков проблем, связанных с поиском собственного прошлого и будущего. Сложный – не значит неразрешимый. Оглядываясь назад, легко указать на политические ошибки, на внедрение в общественное сознание разрушительных ценностей.

Однако, на мой взгляд, Украина не умерла и не при смерти. Её не только можно спасти, но и обеспечить долгую и добрую жизнь. Только надо отбросить догмы и заблуждения прошлого (и не только «догмы» и «заблуждения», но пересмотреть и по-настоящему светлые и чистые идеалы) и принять реальность во всей ее трагической полноте.

К такой перенормировке «образа жизни» в отношении Украины относится пересмотр иерархии «украинцы-русские», ее выравнивание и, быть может, формирование (неприятной мне, но существующей, как политический инструмент) концепции «политической нации», претендующей на надэтнический статус.

Все сказанное – подводка к ответу на заданный вопрос: «Должна ли Украина пытаться вернуть временно неконтролируемые территории, или ей следует идти на замораживание отношений?» На мой взгляд, в вопросе есть ошибка: не следует говорить о «возврате территорий» – они формально не утрачены. Говорить можно о нормализации контроля, управляемости.

Если на первое место поставить жизни людей, то надо говорить о поиске новой формы и нового базиса отношений. При этом было бы несвоевременным забеганием вперед навязывание какой-либо формы (федерация, конфедерация, признание независимости), поскольку до обсуждения формы надо пройти еще долгий и сложный политический путь. Поэтому единственный вариант позитивного (хотя бы в перспективе) развития событий – признание «статуса кво» без политических оценок и требований, прекращение силовых действий. А дальше этого планировать не стоит. Мечтать – обязательно, а планировать и провозглашать – не надо.

…Вот вроде бы и ответил на вопрос, ответил искренне, а удовлетворения нет. Потому что понимаю: можно высказывать множество рекомендаций, и даже нужно это делать, но изменит ли это хоть что-то? Даже если эти рекомендации сами по себе хороши – кто их будет воплощать в жизнь? Возможно ли это в принципе? И на этот вопрос у меня нет ответа. А если я его выдумаю, он будет глупым: потому что надо знать и чувствовать «политические внутренности Украины» гораздо глубже и точнее, чем это мне доступно.

Но, несмотря ни на что, кто-то должен формировать смыслы и готовить почву для выработки благотворной политической стратегии. Этим, надеюсь, мои рассуждения оправданы.

 

 

Игорь Пасько, украинский философ, профессор, профессор Центра гуманитарного образования НАН Украины.

Во-первых, я вовсе не уверен, что драматическое состояние нашей экономики и политики является следствием ее милитарного столкновения с ОРДЛО. Скорее наоборот. Беспомощная и противоречивая социальная и экономическая политика Украины побудила антиукраинские силы к активным действиям.

Во-вторых, каких-либо взвешенных и обоснованных концепций умиротворения положения вещей в Украине я лично не вижу. Замысел создателей мятежных республик вовсе не поддается рациональной верификации и представляет собой гремучую смесь популизма, утопизма и военной диктатуры. С помощью такой программы никакие реальные проблемы решить невозможно. Интенции России выглядят не лучше – ей нужна минимум вся Восточная часть Украины. Донбасс имеет значение только как пролог к дальнейшему разрушению страны. Это типичная позиция предыдущих столетий эпохи господства взглядов географического детерминизма, отвергнутая историей, как противоречащая экономической целесообразности.

Что касается позиции украинской власти, то ее позиция пещерная - ни войны, ни мира, пусть процветает коррупция и контрабанда.

Чтобы предотвратить это позорное состояние, необходимо прежде всего срочно переформировать все отношения с ОРДЛО в соответствии с международными нормами и требованиями современной .цивилизации и нести полную ответственность за их выполнение. Для этого надо вооружиться историческим и дипломатическим образованием, умом и моралью. А потом смиренно ждать, или что ООН предоставит статус суверенности Донбассу (как Косово), или же самим его предоставить Донбассу, или же долго ждать других решений истории. Но если мы не будем решать внутренние проблемы нашей страны, у истории других решений тоже не будет.

 

 

 Йоси БейлинPhD, израильский политик, общественный деятель, министр юстиции Израиля (1999—2001 гг.)

 - Украинская трагедия состоит в том, что граждане восточных регионов продолжают страдать, однако мир перестал этим интересоваться (в основном потому, что появилось ощущение, что внешнее влияние ничего не даст, а само несчастье не переросло в катастрофу). Минские соглашения не соблюдались, стороны продолжают винить друг друга и видно, что поддержки в украинском парламенте относительно идеи повышения автономии регионов под федеральным правительством нет.

Если говорить о людях, которые не очень знают об украинском вопросе и тех, которые скорбят по ситуации о раздробленности страны, то нет более логичного решения чем повысить автономию областей. Основной вопрос состоит лишь в том, как этого достичь, и ответ может дать встреча Путина с Трампом.

Если они смогут прийти к консенсусу касательно этого вопроса (а они могут), то они должны также согласовать способы по убеждению политических лидеров Украины относительно того, что предоставление большей автономии областям является самым действенным способом для спасения страны.

 

Мирослав Попович, украинский философ, доктор философских наук, профессор, академик НАНУ, директор Института философии НАНУ

Для того, чтобы ответить на этот вопрос, необходимо начать с более общих замечаний.

Есть некая общая установка: с врагом по-вражески. Если это война, то в таком случае надо воевать, а не валять дурака.  Однако, проблема заключается в том, что не существует алгоритма, по которому можно было бы сказать, что народ поддержал, выступил за некоторое новое государственное образование. Более того, я не вижу таких мировоззренческих установок, которые позволяли бы сказать, что это /Донбасс/ нация, готовая к формированию собственного национального государства. Я не могу указать социальные или национальные группы, интересы которых вели бы к какому-то неразрешимому конфликту, с другой стороны, никогда еще не бывало, чтобы война начиналась с противоречия экономических интересов. Соответственно мы имеем подмену, классический пример того, как вместо партийно-политической борьбы происходит борьба межгосударственная. Я уверен, что это недопустимо; недопустим сепаратизм, когда кто-то делает какие-то административные шаги и в результате получает неассоциированные, несолидаризированные сообщества, которые принимают на себя функции государства, т.е. имеют свою полицию, имеют свою армию и т.д. Если так, то разговора вообще никакого не может быть.

Но войны никто не хочет, и самое трагичное заключается в том, что уже есть 10 тыс. жертв и при этом не существует таких проблем, жизненно важных, которые делили бы нашу территорию на две части. Надо выработать такой способ совместного жительства, чтобы под одной шапкой на самом деле не было двух государств. Сегодняшний конфликт нельзя превращать в конфликт между государствами. Это касается как населения Донбасса, так и всей Украины. Я считаю, что любое политическое решение лучше, чем военное. 

 

Мы продолжим публикацию ответов экспертов 

 

 
Смотреть все события