Главная » События » Экспертиза » Когда и какой вакциной привьются украинцы
28января2021
1302

Когда и какой вакциной привьются украинцы

https://vesti.ua/strana/obshhestvennaya-ekspertiza-kogda-i-kakoj-vaktsinoj-privyutsya-ukraintsy

У украинцев осталось не так уж много поводов считать свою страну развитым европейским государством: экономических успехов нет в помине уже много лет, спортивные достижения минимальны, культурные события все более редки и все чаще носят местечковый характер. Если уж что-то еще и осталось, то недодекоммунизированное наследие СССР — атомные электростанции да авиалайнер-рекордсмен "Мрия". Однако пандемия Covid-19 добавила в эту и так не радужную картину новых темных красок.

Пока вся Европа прививается от новой болезни, украинское руководство продолжает спорить о том, когда и чью вакцину мы должны (сможем?) купить. Точно известно, что это не будет вакцина российская — ее, по словам министра здравоохранения, использовать не будут ни при каких обстоятельствах. Правда, объяснить, почему украинцы должны умирать назло россиянам, не смог ни он, ни даже президент Владимир Зеленский, который только констатировал, что объяснить это трудно. И все же вопрос о том, когда же в Украине начнется массовая вакцинация и какой вакциной нас будут прививать, волнует большинство соотечественников. За разъяснениями Общественная экспертиза обратилась к специалистам в этом вопросе.

 

1. Когда должна начаться массовая вакцинация украинцев (крайний срок), чтобы Украина вышла из локдаунов и кризисов, а наши граждане не превратились в европейских изгоев (например, попав под запрет въезда в те или иные страны после открытия границ)?

 

Олег Назар, директор Киевского городского центра клинической иммунологии Киевской городской клинической больницы №1, доцент кафедры лабораторной, клинической иммунологии и аллергологии Национальной медицинской академии последипломного образования им. П. Л. Шупика Минздрава Украины:

— Вопрос в том, что вакцинация начинается только тогда, когда есть вакцина. Первое: чтобы появилась вакцина, ее надо сначала зарегистрировать, хотя и существует процедура разовых разрешений на период эпидемии. Именно она сейчас и будет проводиться. Второе: надо определить условия, где будет храниться вакцина (должны быть вакцинальные кабинеты), и четко определить критерии — кого вакцинировать и в какой очередности.

 

Александр Гриневич, инфекционист, экс-директор Центра гриппа:

— На вопрос "когда?" один ответ. Вчера! Мы давно уже должны были начать — с декабря, когда первая вакцина стала доступна. А сейчас мы единственная европейская страна, которая до сих пор не начала вакцинацию почему-то.

 

Константин Грищенко, экс-министр иностранных дел Украины:

— В данном случае речь о переговорах, которые ведут государства, в первую очередь, или Евросоюз, как объединение государств, с производителями вакцин. Например, ЕС вел эти переговоры от имени всех стран-членов. Мы же попадаем в специально созданную в рамках Всемирной организации торговли спецпрограмму для "третьих стран", которые не имеют таких возможностей, как США или ЕС. И в рамках этого инструмента Украина и проводила переговоры, чтобы получить определенное количество своих вакцин, которые могут быть выделены каждой из этих стран. И конкуренция тут очень жесткая, ведь подобных "третьих стран" очень много.

 

Вадим Аристов, инфекционист:

— Начаться все должно было в декабре, как и у большинства развитых стран. Вакцинальных производств недостаточно: глобально в мире производится порядка 2,6 млрд доз ВСЕХ вакцин. А это минимум в два раза меньше, чем требуется для вакцинации одной дозой того количества населения Земли, которое по самым скромным подсчетам требовалось бы вакцинировать для достижения коллективного иммунитета. Кроме того, есть еще понятие вакцинального национализма, когда развитые страны строят свой портфель используемых вакцин и закупают их наперед у всех топовых производителей, как фьючерсы, в виде квот будущих партий. У таких стран оказываются права на количество доз, в три-четыре раза превышающее население своих стран — на всякий случай. Ведущие производители один за другим — Pfizer, AstraZeneca, Johnson & Johnson — заявили, что они не справляются с прогнозными объемами производства и будут задерживать поставки. Плюс неизвестно, какая вакцина как будет работать: Pfizer радовал всех показателем efficacy (который у нас переводят как эффективность) более 90%. Однако оценка в реальной популяции пока стала возможна только в Израиле, который впереди планеты всей по охвату населения вакцинацией. Предварительные цифры говорят, что показатели реальной эффективности более чем скромны — только 33%. Это исследование имеет ограничения — вакцинирование только одной дозой, и стариков старше 60 лет — потому будем наблюдать за событиями.

В Украине же мы продолжаем совершать ошибку за ошибкой. В марте прошлого года не заключили контракты с топ-производителями, сейчас — ошибаемся, когда не заключаем контракты с производителями-"преследователями" топов. Потому что есть набор компаний, которые в течение двух-трех месяцев зарегистрируют и выведут на рынок свои вакцины. Даже Индонезия, которая кажется украинским обывателям страной третьего мира, опередила нас. Они загодя договорились с китайскими производителями вакцин и проводили испытания в своей стране. Так что сейчас в Индонезии есть собственные данные о том, на ком, по каким процедурам проводились испытания вакцин. Другими словами, не было ли подкупов, подтасовок и исключения отдельных групп испытуемых из итогового подсчета результативности вакцины. А все это основание для обоснованного решения о госзакупке вакцины, вокруг которой в мире происходят массовые спекуляции.

В Украине же высока вероятность, что будем делать ставку на то, чтобы показательно начать вакцинацию с какой-то "престижной" вакцины. Речь идет о том, что, вероятно, договорятся с администрацией Байдена, и они подарят нам 70 тыс. доз вакцины Pfizer. Но это означает, что мы придерживаем начало вакцинирования какой-либо менее престижной вакциной, чтобы начать с "престижной" — а это ведь ежедневные смерти! У нас каждый день порядка 200–300 человек умирают, не дождавшись этого начала.

 

2. Почему Украина может покупать российские газ, нефть или кондитерские изделия, но не может покупать российскую вакцину?

 

Олег Назар:

— Вопрос к вакцине из РФ такой же, как и к любой другой: она появилась относительно недавно и не успела пройти третью фазу испытаний. Т. н. постклинические испытания, когда надо привить определенный контингент и исследовать, как у них формируются антитела, на какой срок и когда исчезают. Но вакцина — это также бизнес и большая политика. Это большие деньги и интерес фармацевтического бизнеса — тут вопрос, как протолкнуть свои интересы. А состав у всех вакцин примерно один и тот же. Что мы покупаем или не покупаем из принципа — это политика государства. У нас она сейчас такова... Но помните, как говорил Дэн Сяопин? "Не важно, какого цвета кошка, пока она ловит мышей".

 

Александр Гриневич:

— У российской вакцины не завершены клинические исследования. И второй аспект — политический. Исходя из того, что Украина находится в состоянии войны с Россией (и наоборот, соответственно), такие закупки несут риски.

 

Константин Грищенко:

— Это чисто политический вопрос. И он решается на уровне тех политических учреждений, которыми руководит нынешняя власть. Исходя, как я полагаю, из тех соображений, которые в первую очередь учитывают не только и не столько такой параметр, как эффективность вакцины. Тут больше политики, нежели иных соображений. И это очевидная вещь.

 

Вадим Аристов:

— Этот вопрос не только политический. Ученые из РФ и научные центры могут быть высокого уровня, они могут создать продукт высокого качества. Но могут и не создать — для этого требуется проверка. А вот по качеству ее проведения возникают вопросы. Ведь есть критерии ВОЗ, где говорится, что делать промежуточное заключение (как делают остальные производители) можно только тогда, когда нескольким десяткам тысяч человек была введена вторая доза и наблюдение за ними составило не менее двух месяцев. Эта дата была пройдена только во второй половине января, но политические заявления об эффективности и безопасности российской вакцины начались еще летом. И второй момент, который подорвал доверие, — это когда после первой фазы испытаний на порядка 40 гражданах появилась публикация в мировом научном журнале, где при математической оценке данных были найдены странные паттерны — повторяющиеся закономерности между разбросом разнородных показателей. Одинаковые паттерны у разных испытуемых. С точки зрения теории вероятности, такой паттерн невозможен! А это уже говорит о возможной фальсификации. Либо о проблемах с коммуникацией и прозрачностью неожиданных находок — таких ошибок в мире также полно. И китайские компании, и AstraZeneca допускали ошибки в разъяснениях находок и своих действий в отношении них. Все это приводит к недоверию и граждан, и правительств.

Можно было бы пробовать договариваться о самостоятельных исследованиях Sputnik V с альтернативными производителями в Казахстане, Беларуси или, если начнется производство, в Турции. Это имеет смысл рассматривать, если у нас не будет гарантии на первое полугодие 2020 года поставки 40 млн доз других вакцин. Тогда такой ход правительства не будет иметь политической окраски, ведь этот продукт, как и автомат Калашникова, будет служить нашей национальной безопасности.

 

3. Кто принимает решение (и несет ответственность) о том, какой вакциной будут прививать украинцев? На какую вакцину у нас больше всего шансов и почему?

 

Олег Назар:

— Закон об иммунопрофилактике говорит о том, что решение лежит на государственной власти. Кабмин принимает решение о сроках вакцинации, создает Чрезвычайную противоэпидемическую комиссию, дает поручение Минздраву, а тот спускает их ниже — своим городским и областным управлениям. Такие же поручения получает местная власть (гор- и облздравы). Что это значит? Полная конкретика, начиная от точного количества доз вакцины, поименного списка вакцинируемых и заканчивая конкретными учреждениями. Соответственно, первую ответственность несет премьер-министр Денис Шмыгаль. За ним — глава Минздрава Максим Степанов. Ниже — главы управлений, обл-, горздравов, мэры.

Что касается шансов, то первоначально объявлен тендер с прописанными техническими условиями. Китайская, корейская или немецкая вакцина, если имеет сертификат, то безопасна. Все кричат о вакцине Pfizer. Но страны начали отказываться от прививок именно ею, т. к. там очень специфические условия хранения: нужен низкотемпературный холодильник размером с комнату, а сама морозильная камера в нем — на несколько литров. Сложная логистика, а значит очень просто нарушить холодовую цепь. Соответственно, такую вакцину будут "втюхивать" нам. Китайская вакцина также весьма вероятна.

 

Александр Гриневич:

— Ответственность несет Минздрав — он главный исполнитель. Как по мне, то с таким Минздравом у нас ноль шансов получить любую вакцину. Переговоры о вакцинах надо было начинать, когда те еще не были произведены. Поверьте, я ориентируюсь в этом вопросе — заказывать надо было в момент, когда только-только была проведена регистрация в соответствующих странах. Более того, сами контакты надо было начинать еще раньше, чтобы сами компании, которые выпускают вакцины, могли спланировать определенные квоты для государства Украина. Вот тогда все было бы нормально. А так... Никакой работы наперед не было проведено.

 

Константин Грищенко:

— Переговоры и ответственность за них лежит всецело на Министерстве здравоохранения. Ведь речь идет, прежде всего, о линии закупок, а это не вопрос межгосударственных отношений. МИД в данном случае может быть привлечен, но уж вряд ли может стать ведущим министерством в этом случае.

 

Вадим Аристов:

— Ответственность несут все люди, кто сейчас занимает должности, влияющие на здравоохранение. Сюда же относятся и те чиновники, которые отвечали за медицинское направление из предыдущего правительства, и их предшественники. Поскольку несостоятельность и разбалансировка системы создавались еще в правительстве Гройсмана, когда была уничтожена вертикаль Санэпидслужбы, а новая вертикаль Центра по контролю и профилактике заболеваний так и не была создана.

Кстати, по оценкам экспертов, у нас даже для "теплых" вакцин (которые нужно хранить в режиме +2...+8 °С) есть место только на 2 млн доз. Притом что нам нужно вакцинировать хотя бы половину граждан — этого очень мало! Требуется не менее 40 млн доз! А вообще, чтобы получить коллективный иммунитет, ведущие эксперты говорят, что нужно вакцинировать намного больший процент населения, чем половина, — порядка 85%! И вакцинальный иммунитет они должны иметь одновременно. Если растянуть этот процесс на год — вероятно, вакцинировать придется повторно, возможно, и не раз.

 

Заключение Общественной экспертизы

То ли проблема вакцинации — это важнейшая государственная тайна, то ли (что более вероятно) ни в правительстве, ни в Офисе президента никто не знает, удастся ли и когда заполучить — купить, одолжить, вымолить — хоть какую-то вакцину для украинцев, но никто из экспертов не смог внести ясность в поставленные вопросы. Более-менее общим можно считать мнение о том, что в мире существует дефицит вакцин, и в ближайшее время львиная доля выпущенных препаратов достанется развитым и богатым странам. Украина, к сожалению, не входит не только в их ряд, но уже и в ряд следующий — тех стран, где чужая вакцина будет выпускаться.

Проблему российской вакцины все эксперты считают политической, однако объяснить, чем вакцина как товар отличается от того же газа, по понятным причинам оказалось сложно. Что лежит в основе "политического" запрета — тоже можно лишь догадываться: официально Украина не находится в состоянии войны с Россией, поэтому закрадывается подозрение, что есть какой-то другой, более конкретный запрет от кого-то для украинских политиков авторитетного. Пока же гражданам Украины остается следить за вакцинацией всего мира по телевизору и продолжать соблюдать меры предосторожности.

 

Смотреть все события