Главная » Блоги » А он уже летает?

А он уже летает?

26.09.2019
411

Месяц назад в Сочи президент Турции Реджеп Тайип Эрдоган спрашивал у своего коллеги, летает ли уже новый российский самолёт Су-57, и тогда многие заговорили о перспективах покупки Турцией российской техники, равно как и о продолжении сотрудничества двух стран в оборонной сфере. И вот самолёты турецких ВВС в рамках новой сирийской кампании начали патрулировать небо к востоку от Евфрата. Правда, не российские Су, а американские F-16.

О подготовке операции к востоку от Евфрата Турция заявляла давно, и в августе Р. Т. Эрдоган в очередной раз объявил о грядущей новой странице в истории турецких военных побед. Однако уже практически прошёл сентябрь, а переговоры между сторонами о создании «пояса безопасности» на севере Сирии всё продолжались. И вот в середине месяца пошли слухи, что со всей Турции командируют десятки врачей на юг страны, на период с 20 сентября до 20 октября, что заставило предположить скорое начало военной операции. Однако на сегодня операция к востоку от Евфрата очень отличается от предыдущих турецких операций в Сирии. Речь идёт не о вытеснении курдских вооружённых формирований с занятых территорий и не о боях (которые до сих пор продолжаются на территории «Оливковой ветви» и «Щита Евфрата»). Пока что в рамках новой операции происходит совместное американско-турецкой патрулирование ограниченной территории северо-востока Сирии, как воздушное, так и наземное.

Отличается и реакция на патрули со стороны местных вооружённых формирований — «Сирийские демократические силы» (SDF) не оказывают сопротивления и наоборот заявляют о том, что совместное патрулирование должно позволить турецкой стороне убедиться в мирном настрое местных советов и в отсутствии террористических группировок на севере страны. Наконец, отличается и риторика турецкого лидера — он говорит скорее о гуманитарной миссии и безопасности, а не о военных победах. Собственно пояс безопасности также нужен не только для обеспечения спокойствия южных рубежей Турции, но также и для гарантий неприкосновенности возвращающимся на эти территории сирийцам.

Возвращение беженцев назад в Сирию стало одной из ключевых тем выступления Реджепа Эрдогана на недавней Генассамблее ООН. Эрдоган заявил, что на территории «безопасной зоны» можно будет разместить до 3 млн человек, правда, для этого хорошо было бы растянуть её на 50 миль вглубь страны, что значительно превышает изначально оговоренные границы. Смена акцента на благополучие и безопасность беженцев, возврат их домой позволяет турецким политикам уйти от выбора коалиции — работа над созданием зоны безопасности может выполняться одновременно и в рамках коалиции с США, и в рамках коалиции с Ираном и Россией.

Сотрудничество сразу с двумя враждующими коалициями позволяет Турции и её главе заявлять о собственной субъектности, о продвижении прежде всего собственной повестки, а не реагировании на чужие рекомендации. С другой стороны, возрастает и ответственность перед партнёрами по различным коалициям, а также перед союзниками из числа местных вооружённых и политических формирований в Сирии. Так, например, российский эксперт Кирилл Семёнов отмечает, что именно на Турции лежит ответственность за урегулирование в Идлибе. Наступление проасадовских вооружённых сил в Идлибе в последнее время замедлилось, они не вышли далеко за Хан Шейхун, однако пока в регионе им противостоят представители Хайят Тахрир аш-Шам, которых многие в мире считают террористами, всегда сохраняется возможность представить наступательную операцию как антитеррористическую и продолжить движение внутрь Идлиба. Соответственно, Турция должна либо принять переход этой территории под контроль правительства Асада, либо ликвидировать ХТШ и передать контроль в области своим союзникам из числа оппозиционных политических и военных групп. Последнее вполне может привести к вооружённому противостоянию с вовлечением турецкой армии, а значит потянет за собою политические и военные риски, потребует мобилизации внутри Турции.

Стремление заявить о своей субъектности стало трендом последнего времени — лидеры Франции, Болгарии, Украины, Ливана и ряда других стран неоднократно повторяли, что не желают быть младшими партнёрами по прошлому и настоящему. В свою очередь, региональные лидеры вроде Турции пытаются заявить о себе как о полностью самостоятельных игроках, которые сами выбирают друзей в зависимости от своих интересов. И каждый взятый уровень субъектности влечёт за собою новые обязательства и дополнительную ответственность. А также понимание того, единственный способ не выбирать между российскими и американскими самолётами — сделать собственные.

 

Читайте также:

Государства в поисках себя

BRI вместо BRICS

 
Смотреть все блоги